«Молодой ещё мужик был». Смерть легенды «Спартака» потрясла футбольную Россию
Праздничное настроение в первый день 2026 года в одно мгновение сменилось трауром: стало известно о смерти одного из самых ярких форвардов российского футбола 1990‑х Мухсина Мухамадиева. Бывший нападающий московских «Спартака» и «Локомотива» ушёл из жизни в возрасте 59 лет после тяжёлой болезни. О его кончине сообщили в Федерации футбола Таджикистана.
Для целого поколения болельщиков имя Мухамадиева — это символ стремительного, техничного и дерзкого нападения. В Россию он попал во многом благодаря Юрию Семину. В конце 80‑х будущий тренер сборной России работал с душанбинским «Памиром» и там обратил внимание на быстроногого нападающего, который выделялся на фоне ровесников не только скоростью, но и футбольным интеллектом. Спустя несколько лет Семин привёз его в московский «Локомотив», где Мухсин оказался в историческом сезоне — первом чемпионате России 1992 года.
После удачного периода в «Локо» у форварда был короткий, но важный турецкий этап — в «Анкарагюджю», куда его пригласил другой известный специалист, Валерий Непомнящий. Однако уже через год судьба сделала Мухамадиеву по-настоящему царский подарок: он оказался в «Спартаке» Олега Романцева — команде, которая в начале 90‑х доминировала в России и представляла страну в европейских турнирах лучше всех.
Попасть в то звездное созвездие «Спартака» мечтали тысячи футболистов по всему постсоветскому пространству. Мухамадиев не только пробился в состав, но сразу начал играть важную роль. На острие атаки его поддерживала блистательная полузащита — Илья Цымбаларь, Дмитрий Аленичев, Андрей Тихонов и другие мастера, которые снабжали форварда точными передачами. Часто Мухсин выходил в паре с Николаем Писаревым, дополняя партнёра скоростью и умением открываться в свободные зоны.
Он вспоминал, что в «Спартаке» у него с первых матчей пошло всё как по маслу. Первый же полный сезон получился ярким. С особенно мощного рывка начался чемпионат-1995: в стартовой игре Мухамадиев оформил хет-трик, а в шести первых турах забил шесть голов и возглавил список бомбардиров. Для лиги, где оборона всегда славилась жёсткостью, такой старт был сенсацией.
Во второй части сезона-1994 Мухамадиев был основным нападающим «красно-белых» и стабильно поражал ворота соперников, а одним из самых памятных моментов стал его победный мяч киевскому «Динамо» в матче Лиги чемпионов (1:0). Тогда казалось, что форвард надолго застолбит за собой место в основе. Но летом 1995 года «Спартак» усилился рядом звёзд, из которых будет слеплен легендарный состав, одержавший шесть побед подряд в групповом турнире Лиги чемпионов. В атаке Романцев сделал ставку на дуэт Шмаров — Юран, роль Мухамадиева стала менее значимой, и вскоре он перебрался в нижегородский «Локомотив».
Помимо двух «Локо» — московского и нижегородского — в России Мухамадиев успел поиграть за «Торпедо», «Шинник», тульский «Арсенал» и подмосковный «Витязь». В чемпионате России он провёл 144 матча и забил 43 гола — солидный показатель для 90‑х, когда поля были тяжёлыми, а календарь — изнурительным. На международном уровне Мухамадиев также оставил след: он провёл один матч за сборную России и сумел забить уже в дебюте — в 1995 году в ворота Фарерских островов (3:0).
Сам он позже признавался, что даже выбор гражданства во многом был продиктован футболом и в первую очередь «Спартаком». В начале 90‑х в российском футболе появилось понятие «легионер», и для продолжения карьеры в топ-клубах бывшим игрокам союзных республик пришлось делать непростой выбор.
Мухамадиев рассказывал: в 1993 году он уехал в московский «Локомотив» ещё с советским паспортом, а уже через год при переходе в «Спартак» встал вопрос о паспорте нового образца. Чтобы не считаться иностранцем и иметь возможность полноценно выступать за «красно-белых», нужно было получить российское гражданство. По его словам, именно перспектива играть за «Спартак» стала решающим фактором этого шага.
Игровую карьеру Мухсин завершил в 2002 году и почти сразу переквалифицировался в тренера. Он работал с клубами на родине, возглавлял сборную Таджикистана, а затем занял административную должность в России. В годы расцвета казанского «Рубина», который брал золотые медали чемпионата в 2008 и 2009 годах, Мухамадиев трудился в клубе спортивным директором, участвуя в формировании одной из самых ярких команд страны того времени.
Вне поля он оставался открытым и общительным человеком. В последние годы Мухамадиев часто давал интервью, комментировал российский и таджикский футбол, охотно принимал участие в ветеранских турнирах. Многим журналистам он запомнился как собеседник без пафоса: спокойно вспоминал 90‑е, честно говорил о деньгах в футболе, не стеснялся критиковать, но и умел хвалить молодых.
О серьёзных проблемах со здоровьем стало известно в 2025 году. По информации близких, Мухамадиев перенёс несколько инсультов и долго проходил лечение в Москве. Один из тяжёлых ударов случился около года назад во время сбора клуба «Вахш», где он занимал должность директора. С того момента его состояние вызывало тревогу, но близкие и болельщики до последнего верили, что Мухсин справится.
Последний Новый год семья встретила прямо в палате клиники. Жена футболиста Мохира рассказала, что 1 января 2026 года все родные были рядом. Вечером у Мухамадиева начались серьёзные проблемы с дыханием, и врачи уже не смогли его спасти. Родные признаются: было ощущение, что он словно ждал, когда все соберутся вместе. Окончательная причина смерти станет известна после медицинского заключения, предварительно медики говорили о возможной гипоксии.
Новость об уходе Мухсина Муслимовича стала ударом и для России, и для Таджикистана. Несмотря на известия о его тяжёлом состоянии, сама дата и внезапность смерти в праздничный день поразили многих. Соболезнования семье стали поступать от бывших клубов, коллег по цеху, учеников и простых болельщиков.
Отдельно почтили его память клубы, в которых он оставил заметный след. В «Спартаке» подчеркнули, что Мухамадиев — воспитанник таджикского футбола, но в истории «красно-белых» он занимает особое место. За два сезона в составе москвичей он провёл 39 матчей и забил 16 мячей, став чемпионом России 1994 года и бронзовым призёром сезона-1995. Для того звёздного «Спартака» показатели были не только статистикой — Мухсин часто забивал важные, переломные голы.
В «Локомотиве» вспоминали, как Семин фактически открыл российского Мухамадиева, переведя его из душанбинского футбола на гораздо более высокий уровень. Именно «Локо» стало для форварда стартовой площадкой в большой российской карьере, а затем и в тренерской и функционерской работе. В «Рубине» говорили о нём как о человеке, который помог выстроить клубную структуру в один из самых успешных периодов истории казанцев.
Бывшие партнёры по командам признавались, что известие застало их врасплох. Многие делились схожими чувствами: «молодой ещё мужик был», «всегда на позитиве», «казалось, всё ещё впереди — и работа, и новые проекты». Те, кто играл с ним в 90‑е, отмечали, что Мухсин был не только острым форвардом, но и удобным партнёром по команде — не конфликтным, без звёздной болезни, готовым подстраховать, отработать в обороне, подсказать молодым.
Характер Мухамадиева формировался в неровную эпоху — конец советского времени, тяжёлые 90‑е, первые годы становления российского чемпионата. Многие футболисты того периода вспоминали, что приходилось сталкиваться с задержками зарплат, непростыми условиями, неожиданными переездами. На этом фоне биография Мухсина выглядит примером упорства и адаптации. Он сумел пройти путь от душанбинских полей до главных арен страны, а затем не исчез после завершения карьеры, а нашёл себя в тренерской и управленческой работе.
Для таджикского футбола Мухамадиев был больше, чем просто успешный игрок за рубежом. Он стал символом того, что воспитанник местного футбола может добиться успеха в сильнейшей лиге региона, стать чемпионом России и выйти на поле в Лиге чемпионов. Его работа со сборной и клубами страны помогла целому поколению молодых игроков поверить в собственные силы. Многие нынешние футболисты из Таджикистана открыто говорили, что ориентировались именно на его путь.
Символично, что в последние годы Мухамадиев старался не отдаляться от футбола. Он участвовал в детских турнирах, мастер-классах, встречался с воспитанниками школ. Рассказывал им не только о победах, но и о поражениях, о том, как важно уметь начинать сначала после неудач. Для молодых игроков эти беседы часто значили больше любых книжных наставлений: перед ними стоял человек, который сам прошёл через все испытания 90‑х.
Смерть Мухсина Муслимовича — напоминание о том, как быстро уходят герои недавнего прошлого, чьи матчи ещё помнят трибуны, но чьи имена постепенно теряются на фоне новых звёзд. Для тех, кто следил за российским чемпионатом в 90‑е, его образ навсегда останется связан с атакующим, лёгким, но при этом мужественным футболом той эпохи.
Память о нём будет жить не только в статистике и титрах, но и в историях, которые продолжают пересказывать партнеры по команде, тренеры и болельщики: о честной игре, уважении к сопернику и любви к своему делу, которой Мухамадиев не изменял до последнего дня.